Цитата
Я - Вожатый!
«Лучший способ сделать детей
хорошими – это сделать их счастливыми»
Оскар Уайльд
Прежде чем начать читать мое произведение, давайте проведем один эксперимент?
Встаньте и что есть мочи крикните: «Я – вожатый!». Ну как, крикнули? Вряд ли… И этому есть много объяснений. Возможно, вокруг много коллег по работе, и потом долго пришлось бы разъяснять, что Вас попросили об этом в эссе. Возможно, вокруг нет никого, и Вы рассудили: «смысл кричать? Все равно никто не проверит». Возможно, Вы и «крикнули», но это и криком то не назовешь… проговорили просто…
В современном мире слишком много условностей. Повзрослев, люди теряют детскую непосредственность. Только дети могут совершить понятный только им поступок, не боясь быть непонятыми. Только дети и… Вожатые. Причем я не опечатался! «Вожатый» должно писаться с большой буквы. Посудите сами. Ежегодно в детские лагеря приезжает до тысячи вожатых, но единицы из них становятся Вожатыми. Мое глубокое убеждение, что нельзя соединять этих разных людей под одним понятием. Говорю так, потому что сам прошел весь этот путь от здорового человека, который и думать не думал о жизни Вожатого, до современного «больного» человека.
Помню свой разговор с одногруппниками на первом курсе. Его содержание сводилось к тому, что скоро практика и надо выбрать на какую идти. Первый вариант – археологическая, а второй – лагерная. Собеседники в один голос утверждали, что в лагере хуже. Там отвечаешь за жизнь и сохранность детей, надо с ними играть, а на раскопках копай, да песни пой у костра. Меня тогда спросили: «Тема, ты куда? В лагерь?». На что я ответил: «Я – вожатый? Увольте…».
Эх, юмористка судьба… сплела в очередной раз клубок событий так, что выпала мне дороженька прямо в ненавистный лагерь. Здесь сделаю маленькое отступление. Дело в том, что судьба со мной постоянно играет в такие шутки. Помнится, маленьким мальчиком смотрел по телевизору фехтование. Мне тогда показалось, что это очень больно, когда тебя колит соперник. Тогда твердо решил, что никогда не пойду в эту секцию. И что бы Вы думали? Отдал в итоге этому благородному виду спорта более 10 лет!
Но вернемся к лагерю. Стоило мне неуверенно, почти неслышно, обращаясь больше к себе, чем к кому-то из окружающих, произнести: «Я –Вожатый?», как понеслось. Бешенный водоворот детских улыбок, бессонных ночей, репетиций, танцев и номеров не отпускает ни на секунду. Стоишь перед отрядом своих детей и понимаешь. Ты для них, как Иван Сусанин. Да именно этот герой! Они же ждут, что ты станешь для них поводырем в «оранжевой сказке», а ты сам здесь впервые.…
Для тебя, также как и для них, впервые открываются невиданные дали этой чудесной страны. Точно также как и тебя, их захлестывают эмоции радости и веселья. И вот ты уже не можешь себя контролировать, и тебя несет поток детских желаний. Хочется помочь каждому и обрадовать всех сразу, а в итоге не успеваешь что-то важное. Тут как тут справедливый методист и лови дружок первые нарекания в свой адрес. Сидишь, теребя от обиды колпачок ручки, и думаешь: «а может все-таки не я – вожатый?» Но приносится опытный напарник, месит твои мозги, словно дошедшее тесто, и вперед! Завтра новый день!
Самый важный урок, полученный мной за всю лагерную жизнь, пришелся на самую первую смену. Шла обычная планерка. И опытную вожатую ругали за то, что она тайком уговорила плаврука сводить ее детей искупаться. Инфраструктура лагеря позволяла сделать это, не нарушая правила безопасности. Она тогда сказала такую фразу: «Ругайте меня, можете лишить премии, но если дети счастливы, значит я поступила правильно». Не будем заострять внимание на ее поступке. Давайте вдумаемся в ее фразу. Если дети счастливы, значит, мы все сделали правильно. Эта мысль навсегда засела у меня в голове.
Так сложилось, что после второй смены мне пришлось уехать в другой лагерь. И я со смелой ухмылкой проходил сквозь новые ворота. При первом же знакомстве заявлял: «а я – вожатый из оранжевой сказки!» На что собеседники отвечали, что тут не сказка и все гораздо серьезней. Вот тут я понял, что нельзя быть «вожатым откуда-то», надо стремиться к тому, чтобы стать универсальным. Чтобы быть вожатым ниоткуда, но в тоже время - своим везде.
Понять то это я понял, но не сразу. Сначала пытался применить все свои знания в новых условиях и везде натыкался на непонимание. Большинство приемов, которые мне еще совсем недавно казались аксиомами, теперь воспринимались как речи Джордано Бруно в его время. Что было делать? Подстроиться под новые порядки? Или бунтовать и настаивать на своем до конца, пусть если даже в итоге придется разделить место в костре вместе со знаменитым ученым? Упрямый характер диктует выбрать последнее. Начало борьбы выпало на оформление отрядных уголков. У меня уже очень давно вертелось в мыслях сделать большой объемный нос корабля. Перила лестницы как нельзя лучше подходили для этой идеи. Но напарники отказались от подобной затеи. Закусив губу, я в гордом одиночестве до глубокой ночи делал этот корабль. Делал и твердил себе: «Я - вожатый! И я это сделаю!» Сделал. И пусть другие вожатые подшучивали надо мной за этот поступок, зато дети были счастливы. Они улыбались!
На этом первое вожатское лето плавно покрылось золотыми красками, и зазвенел учебный год. Следующее лето я решил начать снового листа и выбрал новый лагерь, как тянут билет на экзамене – сначала выбираешь, а потом понимаешь, попал ты или нет.
Как неудивительно, но я попал… Попал в большую богатковскую семью. Не спешил на этот раз я с заявлениями, а робко спрашивал у матерых мастеров своего дела: «Ребят, а я – вожатый?». Они вдумчиво смотрели на меня, обходили со всех сторон и пространно отвечали: «Не знаем, сейчас и выясним». И как толкнут в самую чащу событий. «Если ты вожатый, то все сможешь» - только успеваешь услышать напутствие. Не умеешь танцевать – танцуй, не умеешь играть - играй, не умеешь микрофон держать – держи и говори! Не сказать, что я почти ничего не умел, просто я не умел это все ТАК. С какой-то небывалой легкостью на моих глазах мои новые учителя творили чудеса. А после подходили, хлопали по плечу и шептали на ухо: «А теперь твоя очередь». И выкручивайся как хочешь. А дети ждут от тебя чуда, им то уже объявили, что ты сейчас его сотворишь для них. Вот творишь… сначала неумело – простенькие «трюки иллюзиониста», потом копируешь что-то сложное у своих учителей, и, наконец, придумываешь уже свое Чудо. И от осознания того, что это Чудо также сильно нравится детям, становится так тепло на сердце. Но и радоваться особо некогда – без сил падаешь на кровать и проваливаешься в сладкий сон. Последнее, что пронесется в сонной голове: «дети, наверное, думают, что я - волшебник». «Ты не волшебник, ты – Вожатый!» - как бы угадывая твои мысли, по-родительски наблюдают за тобой наставники.
Спина затекла, наверное, уже? Давайте разомнемся! Ручки в замочек и потянулись вверх. Тянемся, тянемся – опустили руки. Полегчало? Теперь новый эксперимент. Сотворим чудо! Смотрите, через пять секунд кто-то постучится в дверь. Пять, четыре, три, два, один… тук-тук! Непостучались? А кто сказал, что постучаться должны именно в Вашу дверь? В мире более миллиарда дверей и в одну из них без сомнения только что постучались. На что обратит внимание взрослый? На то, что в дверь никто не стучался, а если быи постучался, то это просто совпадение. А каково будет ребенку? Он до последней секунды будет верить, что чудо свершится. И даже если дверь не откроется, он весело рассмеется шутке и будет ждать… ждать и верить, что когда то это чудо обязательно произойдет.
Пролетело новое лето и теперь еще тяжелее уезжать. Ведь теперь есть вторая семья, которая ждет тебя каждый день и скучает по тебе. Вот уже не дотерпев до следующего лета, ты бросаешь все и уносишься в белоснежную долину детства. И снова все немного по-другому, немного в первый раз. И снова дети счастливы. Значит, не зря я все бросил и приехал. Значит, успею я потом сдать все эти экзамены и зачеты. Значит, меня ждали дети.
Разгребая кучу оставленных дел, пока ты был в лагере, не замечаешь, что над окном уже поет весенняя капель, а детвора гоняет кораблики по ручьям. А это означает начало новой странички в моей биографии.
Будете смеяться, но и это лето пошло как в первый раз. По-другому просто на тебя смотрят бывшие наставники. Смотрят как на равного. А еще смотрят пара десятков новых вожатых, смотрят и ищут помощи и примера. И ты, расправив плечи, с какой-то гордостью, произносишь: «Я – Вожатый! За мной народ!». И хочется научить их всему, что умеешь сам, подсказать, помочь и, наконец, почерпнуть что-то новое для себя. Пожалуй, именно последнее становится лейтмотивом того лета. Давайте вдумаемся, интересно ли будет детям приезжать к вожатым, которые одинаковые изо дня в день, из смены в смену, от года год. Да нет, конечно! Точнее дети любят, когда сохраняется настрой их вожатых, когда они ведут себя также. Но вот все остальное должно меняться! И чем опытнее Вожатый, тем разнообразней иувлекательней начинает он день в отряде.
Как только ты остановился, решив, что вот это детям нравится – значит это и буду постоянно делать, ВСЕ – пропал ты… Нельзя останавливаться, нельзя никогда! Надо носиться, как белка в колесе. Хотите секрет расскажу? Именно за это я и получил в лагере свое прозвище – Белка. На самом деле с рождением этого прозвища совпал мой переход от вожатого к Вожатому.
Здесь давайте подробней остановимся на том, в чем все-таки разница между этими людьми. Обычный вожатый приезжает в лагерь работать, найти новых знакомых, общаться с детьми, «звездить» на сцене и т.д. Вожатый же «болеет» своей профессией, он живет детством, а детство живет в неми, пожалуй, никогда не отпустит…
Идем дальше – кризисный этап. Это когда все надоедает и хочется сделать шаг в новое. Тут может быть несколько вариантов развития: карьерный рост; переезд в другой лагерь; уйти из лагерной жизни и начать карьеру в творческой профессии. В моем случае случилось сначала второе, потом третье и затем второе соединилось с третьим. Заинтриговал? Рассказываю! Сначалая отправился «погостить» к друзьям в детский лагерь. Давно они меня к себе звали, а я как то все откладывал. И вот теперь ничего немешало. И снова загорелся знакомый огонек в сердце! Когда едешь в лагерь, где тебя знают почти все, но при этом почти никто не видел тебя в работе, знаете, не хочется ударить в грязь лицом. А когда еще понимаешь, что возможностей для реализации твоих идей стало, чуть ли не вдвое больше, то хочется творить и делать детей счастливыми. А дети снова дарят тебе улыбки, и ты чувствуешь себя снова тем 18-летним мальчишкой, которым был в свое первое лето.
В более взрослом возрасте понимаешь, что жить на зарплату вожатого не получится – надо свою жизнь устраивать как-то. Именно поэтому после осени я уезжаю обратно в город и устраиваюсь на должность менеджера по рекламе. Вот Вам и третий путь реализовался. Думал уже, что все устаканилось, но летняя лихорадка сделала свое дело. Привет лагерь!
А самое главное я с полными легкими могу прокричать: «Я – Вожатый!»