Цитата
Я отправился работать в лагерь. Причем, решение это я принял находясь в здравом уме и твердой памяти.
Что могу сказать? После трех недель работы вожатым многое поменялось. Впрочем в процессе этих трех недель тоже многое менялось, во мне и в моем отношении ко всем окружающим.
Так, если первые дни я горько сожалел, что в канцелярию не включают колья, розги и переносную дыбу, то к концу смены, я стоял, а потом и лежал под половиной отряда, которая горько обливала меня всего слезами, и ни в какую н хотела отцепляться и успокаиваться, потому что завтра они все разъезжались по домам.
В общем, все рассказывать смысла нет, да я и не смогу. Но что смогу, то с радостью.
Заехав в лагерь мы, естественно, тут же получили инструктаж и начали готовиться к приезду детей. Название и тематика смены была "Автостопом по странам и эпохам". И первые три дня мы находились, так сказать, на своей придуманной нами родине. Тут надо заметить, что я до въезда в лагерь был уверен, что буду работать с одной девушкой и моя страна будет Испания, которую я же и предложил. Соответственно я к ней и готовился: словарик русско-испанского, нация, флаг, гимн, обычаи, расположения, характеры. А приехав я узнал, что оказывается мне дарят фигвам, который жилище индейца. И напарницей моей будет совершенно другая девушка, которую я и увидел в первый раз-то как раз на съезде и страна должна быть иной. Поэтому пришлось срочно придумать страну. Причем страну такую, чтобы и с одной стороны экзотика, и с другой побольше фактов, и с третьей, чтобы эти факты были реализуемы. А и еще чтобы она не повторяла страны которые будут в будущем (план-сетка всего была выдана нам заранее). В общем, мы долго думали и решили, что ну ее нафиг эту страну, будет у нас Казачья Станица.
Каждый день мы поднимались в семь, изредка в семь тридцать, самые ленивые в восемь все равно стояли как штык. Хотя номинально подъем у детей должен быть в восемь, фактически мы их будили как можно раньше, в пол восьмого или чуть позже. Потому что отведенных пятнадцати минут на приведение себя в бродствующий режим и выполза на улицу для зарядки им определенно не хватало.
Зарядку сначала сделали общую, но потом разделили на парней-девченок и меня поставили проводить зарядку у парней, так как я был единственным парнем в округе, не считая директора, охраника, разнорабочего и детей, которые не могли быть физруками по вполне понятным причинам. Для начала я хотел было поиздеваться по полной программе бабушки баскетболистки, однако проведя первое занятие я понял, что это бесполезно по ряду причин, главная из которых была - время. Буквально пару раз махнуть руками и ногами и сделать кружок по мини полю, а зарядка уже закончена. Поэтому все приходилось делать в ускоренном режиме.
После этого бедные, нисчастные, невыспавшиеся детки, которые не спали всю ночь, так как мазали друг друга пастой, бегали по коридору и устраивали бои на полотенцах, должны были убраться в комнатах. У нас в лагере была уборщица, которая чхать хотела на взаимопонимание и дружественное отношение. Если что не по ней - то ругань и крики стояли такие, что на другом этаже все прекрасно слышно. Хорошо хоть не материлась и то плюс. Ну так вот, решив, что стоять и выслушивать ее ругань на свою голову и голову детей поблизости - себе дороже, было постановлено наводить режимный порядок. Т.е. проверять тумбочки, шкафы. Под кроватями, за кроватями, на кроватях, между кроватями и у балкона. Везде и вся. Естественно, дети отчаянно этому сопротивлялись, а лично мне как-то некомильфо убирать за ними, тем более на их глазах. Поэтому при виде уборщицы, мы старались быстренько всех из комнат повыкидывать и самим где-нить спрятаться.
После был завтрак, ну а потом свободное время. Естественно, понятие "свободное время" в лагере существовать не должно вообще никак. У детей свободного времени не должно быть. Не должно быть и точка. Они должны постоянно что-то делать. Почему? Да потому что дети, эти милые детки такие хорошенькие, что им в их головки приходят всякие мысли, которые они ничтоже сумняшась и приводят в действие. Например, была у нас одна проблемная девочка в отряде. Это мальчиков было несколько, а вот из девочек, только одна. И вот эта самая девочка всех запугала некой пиковой дамой, ну и прочими, милыми сердцу штучками. Уж не знаю каким боком она приплела лагерь, который находился как раз напротив нашего и временно пустовал, но почти все девченки очень хотели туда попасть дабы наконец посмотреть на пиковую даму. Причем, когда я спросил, что же в ней такого интересного, они мне все сказали, что когда ее увидишь, то тут же умираешь. Так интересна-а-а-а... Этот разговор происходил на улице, как раз между нашим и тем лагерем, поэтому я предложил им тут же разбежаться и головой в стенку - смысл будет тот же, а мне не придется их вылавливать на чужой территории, которая между прочим охраняется тремя здоровенными псинами, которые за всю смену так и не отдали нам два мяча, которые к ним случайно залетели. А еще эти псины злобно выли по ночам, и поэтому тот лагерь становился еще интереснее - все хотели погладить милых песиков.
Посему, дабы такие мысли не занимали умы детей, мы проводили все, что смогли придумать и почерпнуть из различных источников. Если уж совсем плохо с этим делом, то хотя бы погонять мяч на улице.
Затем следовал обед и тихий час поименованный нами Сиестой. Причем длительностью в три часа, а не час. Что детей ужасно злило, бесило и вообще. Поэтому тихий час тихим бывал не так уж часто и уж по крайне мере не на долго.
После полдник и опять свободное время, которое обычно отводилось на подготовку и проведение мероприятий.
Мероприятия были. Много, разные и интересные. По крайне мере я ни на одном не зевал, хотя как минимум половину из них видел так сказать изнутри, так как был их участником.
Да еще. Я до приезда в лагерь танцевал наверное раза три в своей жизни. А музыку слушал может раз в неделю иногда и реже, если не считать радио в автобусах, конечно. Но в лагере... Почти каждое мероприятие было танцевальным, и уж по крайне мере перед мероприятием мы должны были завести детей своими танцами. Большинство танцев были не продуманными, т.е. спонтанными вихляниями всех частей тела практически в такт музыке, но были и исключения. День Западной Европы и России, музыка шестидесятых-восьмидесятых годов. И мы в этот день наряжались панками, хиппи и прочими нетрадиционалами. Ну и детей, естественно, тоже, хотя как мне казалось готы и эмо появились позже, но раз нарядились, то и фиг с ними. Я был вообще каким-то недоразумением - у меня был кучерявый ирокез (у меня несколько вьющиеся волосы), в анфас у меня был вид удивленного ананаса, сбоку - пострадавшего от излишне возбужденной коровы с длинным и липким языком. Темно-фиолетовая рубашка с закатанными рукавами, на одной руке были фенечки, штук десять, на другой металлический браслет, черные джинсы и белые кросовки. Кем я являлся, мне было сложно сказать, однако в дух тех времен (или представление о том духе) я определенно вписался. Ну так вот - нарядиться-то мы нарядились, а еще мы разучивали групповой синхронный танец, что на самом деле, для меня лично жесть. Я не могу асинхронно с отставанием двигать руками и синхронно выворачивать ноги в коленях, в стопах и в носке одновременно. Долго мучался, вроде как начало получаться с ногами, но руки я так и не смог приспособить к общему делу, поэтому эту часть программы несколько заменили.
Хотя, справедливости ради отметим, что и остальные не блистали в этом плане, были те кто знал эти движения и делал, но половина вожатых были такими же как я.
Или вот еще танец разучивали на бал. Я тогда был в рубашечке, в галстуке все как положено. В процессе разучил несколько разнообразных танцевальных па - "качели", "лодочка" и прочие без названия (т.е. с названиями, наверно, просто я их не знаю).
После усех мероприятий был ужин и после ужина была дискотека или отрядные огоньки. Они сначала чередовались, а под конец смены пошли сплошные дискотеки.
На дискотеках мы жгли. А что нам еще делать, верно?
Одна из вожатых была Саша, которую я знаю уже года три и которая собственно меня сюда и затащила. Ну так вот, она была на третьем отряде, где самые маленькие, а я на втором. И мы с начала смены разыгрывали страстную любовь. Благо, что спали в одной комнате с Сашиной напарницей - Наталь.
Это была несколько пародаксальная любовь, так же как и сама наша пара выглядела парадоксальна. То мы вздыхаем, протягиваем друг другу руки и томно обнимаемся на диване, сплетничая друг другу о наших детях и СПС (старший педагогический состав), то мы ссоримся, отталкиваем друг друга и попросту не замечаем, между делом сплетничая о тех же СПС и детях.
А на дискотеках мы с ней всегда танцевали на медляках, причем, какой бы медляк не был, мы делали движения из танго и венского вальса (как мне обьяснили), а еще мы всегда танцевали под "Не пара". О да, это надо было видеть. Когда я выучил слова (я до этого не знал эту песню вообще), то мы там жгли чуть ли не с битьем посуды и хватанием близлежащих острорежущих предметов.
Было немного обидно, что нашу игру оценил только третий отряд, тогда как второй, пару раз на этот счет схохмил и все, а первый вообще оказался равнодушным. В конце смены ко мне девушка подошла из первого отряда и спросила показывая на стенку, где висела фотка меня с Сашей и нашим свидетельством о том, что мы муж и жена (а еще у нас семь детей есть, ага) и спросила недоумевающим голосом: "Владимир Александрович, вы что женаты с Александрой Викторовной?!", ну я, дескать, припоминая подошел к фотке и говорю, что, типа да, действительно женат. Поднося руки ко рту, она изумленно произносит: "Очуметь...". И это под конец смены. Обидно, да. Но с другой стороны, дети третьего отряда так трогательно за нас переживали. Когда приехал Сашин парень, который вообще-то не вожатый и никогда им не работал, но по мере сил несколько дней нам помогал, то дети восприняли его как любовника. Т.е. я муж - он любовник. Я тогда еще уезжал на день и по приезду детишки мне говорят: "А вы знаете Михаил Алексеевич поцеловал Александру Викторовну в щечку! Вы не ревнуете?". Ну я про себя посмеялся, а сам с серьезным видом сказал, что не ревную. А после мне Саша рассказывает, что я оказывается разрешил им встречаться, так как я-то муж, а он-то любовник, так что все законно.
А вот еще, на одной из последних дискотек, у меня отчайно болела голова и мы с Сашей не танцевали на медляке. И вот ко мне подходит одна из девочек третьего отряда и заговорщески так говорит: "слушайте, ну по дружески, ну пригласите вы Александру Викторовну на танец, а?". Ну а куда ж я денусь, я же их папа.
В процессе дискотека прерывалась вторым ужином, но после все возвращалось в круги своя.
А после дискотеки - отбой. Отбой проходил всегда по разному. Иногда бесятся, иногда упали и вырубились. К счастью, в течение часа засыпали все равно все.
В процессе отбоя один из вожатых на отряде уходил на планерку. Там раздавались пинки и выдавались награды (правда последнее было редкостью), а так же говорилось, что именно будет завтра. После мы скучковывались в одну вожатскую, и начинали обсуждать, обсуждать и еще раз обсуждать. Передавалась планерка, рисовался план дня и делались необходимые приготовления если что-то должно было произойти утром. Пился чай и елся полдник, который периодически не съедался полностью детьми и подло нами уворовывался буквально на полпути к мусорке. В общем, ложились мы в два-три ночи, а вставать, как известно, в семь. Три недели я спал по пять часов, а в последний день, когда надо было дежурить всю ночь, дабы детишки чего-нить не нашалили на Королевскую ночь, и вовсе два часа.
За всю смену здоровым я был только один день - как раз в день заезда. После я безнадежно болел извращенной формой простуды - голова, горло, нос обьявили мне бойкот и отказывались выполнять свои прямые обязанности. Если у вас заболит и закружится голова и перед глазами заплавает, будет заложен нос и вы будете постоянно кашлять, и при этом вы будете рассказываете детям о любовной истории своих родителей, да так чтобы они прочувствовали, вы поймете, что такое настоящее извращение.
Именно в лагере я научился спать сидя, стоя, в прыжке и играя в волейбол. На самом деле ничего сложного, главное держать глаза открытыми и морду радостной.
В лагере было много чего радостного и веселого. Хорошего и доброго.
Как парни сами, без нашего участия и подсказок стоя на коленях приглашали девочек на танец, это что-то. Особенно если вспомнить, что им восемь-десять лет. Были правда и курьезы, так один парень с третьего отряда приглашал девочку из моего отряда, все как положено - на коленях, морда умильная, руки тянутся, грех отказывать. А девочка что-то засмущалась, отвернулась, достала из платья косметичку, накрасилась и радостная повернулась к кавалеру со словами: "Теперь можно!". Все вожатые, которые это видели валялись под столом у диджея и плакали навзрыд.
Или как девочки, старательно прятавшие от меня сей факт (а я соответственно, старательно этот факт не замечавший), нарисовали плакат, где меня поздравляли с днем рождения.
Или, повторюсь, в конце смены, где все так трогательно расстраивались, что я прикладывал много силы, дабы не зареветь вместе с ними.
Веселые старты, карнавал, поиск клада, и многие другие мероприятия - столько радости доставляли. Когда на закрытие был конкурс на скоростное надутие и лопанье шариков собственной попой, вожатые отходили после него полчаса, это было настолько ржачное зрелище это было.
Во всех мероприятиях обидно было, то что дети воспринимали их как работу. Т.е. если надо было собрать отряд и поставить какую-то сценку, то дети не делали это от души, как им нравится, а как работу, как нечто ненужное, но требующее исполнение. Если я искренне веселился, когда видел выступление отрядов, то сами дети были сосредоточены на выступлении. А в мероприятиях на какие-то достижения с распределенными местами, например на соревнование по футболу, все дети играли за результат. Вожатые же играли всегда за процесс.
Когда мои парни играли против первого отряда в футбол и продули им со счетом одиннадцать ноль (разница в четыре года сказывается), то сами парни ходили мрачнее тучи, а все мои девченки поссорились со всеми девченками первого отряда и ходили расстроенные. Играли только на результат, сама игра и удовольствие от нее - на втором плане, вот что плохо.
Как я уже говорил у нас была одна проблемная девочка и почти все проблемные мальчики. Вообще из парней мне нравились в начале смены трое, к концу только один. Все остальные были маленькими ангельскими сволочами. И если почти всех я мог успокоить, то были индивидиумы, которые не могли успокоиться вообще никак.
Леша и Илья, двоюродные или троюродные братья, оба паркурщики и брэкдансеры и этим все сказано. Хотя на Лешу я еще мог как-то повлиять и путем долгих уламываний заставить таки сделать, то что мне хочется, а вот на Илью было бесполезно тратить нервы. Самое обидное, что дети которые раньше уже были и видели этого Илью в один голос твердили, что лучшего парня раньше поискать надо было. Услужлив, обходителен, всегда готовый помочь, интересуется всем и вся. А теперь... Никто и ничто ему не нужно, лишь бы побить, побегать, поорать, попрыгать и вообще поизгаляться побольше. Родители которым я рассказывал, что Илью вообще-то вот вот выгонят из лагеря и разговоры на эту тему уже ведутся, были просто в шоке. Дедушка - важная шишка в ДВГУ, бабушка имеет два педагогических образования, папаня амбал три на три метра, но при этом явно не дурак, а то и вовсе интелегент, с мамой я так и не пересекся. И все эти люди в один голос уверяли, что дескать Илья у них пай мальчик, что они его дома никогда в жизни не наказывали и что единственное суровое наказание было - пойти на диван, посидеть и подумать о своем нехорошем поведении и извиниться. Короче говоря, бабушка в шоковом состоянии забирая своего внучка, говорила, что разберется с ним дома и надеюсь ему там вправят мозг.
Короче, что я это о грустном? Начхать на Илью, не ради него работал, зато какие там нячные девочки были... Что в первом, что в моем, что в третьем.
Я вообще больше как-то контактировал с девочками нежели с парнями. С парнями я контактировал, только по надобности, ну и еще с первого отряда, выставлялся авторитетом, чтобы в случае чего помогать девушкам-вожатым которые на них стояли.
Надо признать, такое отношение, породило массу слухов. Я, например, с огромным удивлением узнал, что оказывается, что-то не то сделал с Александрой Владимировной (на первом отряде), что она теперь беременная. И надежду Евгеньевну (диджей) на солененькое что-то потянуло. И Мария Сергеевна (та самая Манечка, старшая вожатая), что-то бледная ходит. В общем, обвинив меня во всех придуманных грехах, меня тут же и зауважали - дескать мужик, да.
А потом, как-то мы вечерком (под час ночи), решили с Сашей посмотреть фильм. Не помню, то ли "гарфилда", то ли "мы из будущего". В общем, так получилось, что я сидел на полу, прислонившись к кровати своей, и ноут держал на коленях, а Саша соответственно лежала на моей кровати. Ну и к концу фильма я как-то обнаружил, что она взяла и уснула. Ну что мне делать, я было хотел ее осторожно перенести на ее кровать, так как она взяла одеяло оттуда, а без одеяла спать было бы жесть - я бы на ее кровати без одеяльца окочурился бы. Тока я значит наклонился и начал поднимать, а она проснулась и сама кой-как перебралась.
Ну, в общем, заснули, а утречком на завтраке я схохмил, что-то в том духе, что: "Ты уж в следующий раз на моей кровати-то не засыпай", дык мимо проходила одна девочка из первого отряда и ТАК на меня посмотрела...
А вообще все было довольно прилично. Просто в неформальной обстановке, т.е. не на мероприятиях или не на заданиях я общалься исключительно с девочками.
На лагерных сидячих мероприятиях - просмотрах фильмов или пение песен, сидел всегда в окружении девочек и с мероприятий уползал на полусогнутых - так как ноги адски затекали.
Между тем меня несколько шокировало тот факт, что эти маленькие десятилетние детки разыгрывали такие любовные многоугольники и такие драмы, что Шекспир бы явно переписал бы Ромэо и Джульету, добавив пару детских новых персонажей, если бы пробыл в лагере.
Был у нас один парень, красавчик, что надо. Первый и второй отряд благополучно в него повлюблялся, ну а парень подумал и решил, что есть над чем работать и начал по очереди свататься к каждой.
Естественно мелочиться он не стал и пошел сначала по первому отряду. В это время я сидел с половиной своего отряда и утешал всех девочек, говоря, что в общем-то не все так плохо и вообще он вернется. В конце концов, весь первый отряд его отверг, так как характер у него самый что ни на есть дивчачий. Ну и он решил остановиться на Полине. Полин у нас было три и он покусился на ту, которая больше всего мне нравилась из всего отряда - на мой взгляд самая красивая и уж точно самая хорошая - добрая, услужливая и веселая. В общем, Полина была счастлива, а я не очень. Однако спустя два дня, она мне призналась, что он ее достал. Хотя чисто из вредности помаялась с ним еще недельку, а потом под конец смены эффектно бросила.
В это время другой парень сох по другой Полине. Полина же эта сохла по третьему парню, а тот парень сох по третьей Полине, а та вообще была ко всем индеферентна. Мелодрамы были жестоки в своей масштабности.
В конце концов все это устаканилось и в отряде четко определилась пара Толик и Лиза, на мой взгляд очень удачная. Толик мне вообще нравился - хороший парень, а Лиза была очень заводной.
И вот как-то раз эту парочку решили поссорить. Эта была вселенская жесть. Я часа три выяснял, что, как, кто, зачем, почему и наконец выяснил. Одна девочка нашего отряда покаталась с Толиком на качелях. Это увидела одна девочка первого отряда и сказала своей сестре из третьего отряда. Та же не замедлила сообщить лучшей подружке из моего отряда, а принцип испорченного телефона еще никогда не подводил и девочка моего отряда услышала историю полную предательства, насилования и прочей чепухи. Ну и приукрасив сама, не замедлила поведать Лизе. В общем, тогда я умаялся знатно, чего уж там.
Короче, много еще чего можно было вспоминать, например, когда на море Лиза сильно поранила себе ногу и мы попеременно с Толиком тащили ее на себе километр в горку до лагеря. Или как на Королевскую Ночь в пять утра приперлись пацаны из первого отряда и наивно пытались пробиться в комнату к девочкам первого отряда, которые не поместились у себя на этаже и жили на нашем. Можно вспомнить вечные гонки за парнями по балконам, вспомнить мероприятия, вспомнить огоньки и песни.
Пожалуй все, ну и просто скажу, что лагерь это интересно, весело, грустно, креативно и много чего еще.